Казахстанский шоу-бизнес кормится плагиатом - эксперт

Источник фото: кадры с видео

Казахстанский шоу-бизнес кормится плагиатом, и это не дает развиваться собственной культуре, а также играет на руку теневой экономике. Об этом говорят и специалисты по авторскому праву, и даже сами артисты.

Но, несмотря на суровое наказание, которое закон предусматривает за воровство интеллектуальной собственности, до суда дела не доходят: даже самые громкие истории обычно заканчиваются миром, пишет газета "Время".

Клип на песню Ерке Есмахан “Қайда?” является абсолютным лидером по просмотрам в казахстанском сегменте интернета - с момента выхода летом 2017 года его посмотрели более 100 миллионов раз только на одном официальном YouTube-канале.

Ерке Есмахан

Ерке, которая десять лет не могла достичь серьезного успеха в шоу-бизнесе, исполнив эту песню, мгновенно вошла в топ самых популярных и высокооплачиваемых певцов Казахстана.

Но неожиданно на безоблачном горизонте Ерке появилась певица из Кыргызстана Гулназ ШЫНЫБЕККЫЗЫ с доказательствами, что раньше нее спела “Қайда?” и даже сняла клип, который загрузила в YouTube до появления там казахской версии. Все тут же заговорили о плагиате и о том, что Есмахан уподобилась многим казахстанским артистам, часто перепевающим кыргызские и узбекские песни.

Потом на поле боя появилась молодая поэтесса и композитор Диана ИСМАИЛОВА, которая заявила, что Кайнар АЛАКОЗОВ, который значился единственным автором хита, на самом деле должен подвинуться и разделить популярность с ней. Ерке грозила, что будет судиться то с киргизской певицей, то с казахстанской поэтессой, однако до сегодняшнего дня информации о судах по делу о плагиате так и не поступало, зато под популярной песней появилась фамилия второго автора.

В 2018 году выстрелил хит “Самая вышка”, а его авторы и исполнители Артур Давлетьяров и Раимбек Бактыгереев стали желанными гостями на всех мероприятиях страны.

Раимбек Бактыгереев (слева) и Артур Давлетьяров

А начался их взлет, когда популярный продюсер, актер, режиссер и сценарист Нуртас Адамбай познакомился с музыкальным творчеством талантливых ребят из Уральска и решил их поддержать. Чутье Адамбая не подвело: после того, как он пригласил Артура и Раимбека в Алматы, снял клип на их песню “Самая вышка” и сделал это произведение саунд­треком к своему фильму “Я - жених”, уральские самородки стали настоящими звездами и превратились в модный дуэт Raim&Artur.

Но через некоторое время продюсеру, дабы избежать серьезных разбирательств в деле об авторских правах, пришлось извиняться за то, что “Самая вышка” оказалась плагиатом, а потом менять саунд­трек к фильму и убирать клип со своего канала в YouTube.

Кстати, именно эта интернет-платформа и определила, что казахстанская песня оказалась переделанной версией трека Sun Meets the Moon американского певца Майкла Санчеса.

Уральские парни не стали отрицать, что промышляли в интернете, заимствуя минусовки и аранжировки западных музыкантов. А спустя некоторое время Нуртас Адамбай сообщил в своем Instagram, что решил выкупить трек на композицию “Самая вышка” и подарить ее Раимбеку и Артуру, таким образом уладив все проблемы с авторскими правами.

Виталий Угай

А уже этой осенью разгорелся новый скандал, связанный с воровством интеллектуальной собственности. Виталий Угай, популярный исполнитель электронной музыки, более известный как Electric Child, стал получать в сети гневные комментарии о том, что его треки являются чуть ли не точной копией произведений малоизвестных западных музыкантов и исполнителей. И с ними он выступает на концертах, загружает их в интернет!

Плагиат, кстати, вновь определила платформа YouTube. Чуть позже одна наблюдательная поклонница современной музыки также утверждала, что музыкант из Казахстана позаимствовал у западных коллег и кадры клипа, и оформление обложки альбома.

Виталий сначала ничего не хотел слушать, блокировал в Instagram всех, кто обвинял его, и утверждал, что писал свои новые треки в порыве творческого вдохновения всего за пару часов каждый. А потом сделал неожиданное признание. Мол, некоторое время назад он не мог уделять большого внимания музыке, так как был занят другими видами своего бизнеса, а потому поручил написание треков одному парню из Томска, с которым познакомился в этом городе во время фестиваля Street vision. Он-то, по словам Угая, и подложил ему свинью.

Сейчас Electric Child заявляет о мирном разрешении скандала: якобы томский горе-музыкант во избежание суда готов вернуть гонорары, которые брал за ворованные треки, а под ними будут указаны настоящие авторы.

Почему связанные с откровенным плагиатом скандалы, которые месяцами обсуждала вся страна, просто сошли на нет и их фигуранты вышли сухими из воды? Этот вопрос мы адресовали Темирлану Тулегенову самому известному в Казахстане эксперту по авторскому праву.

По его мнению, действующие лица этих скандалов либо решили свои проблемы в досудебном разбирательстве, либо ограничились хайпом на шумихе.

Темирлан Тулегенов

- Судебных претензий у нас очень мало, потому что творческие люди вообще не знают своих прав и обязанностей… Но давайте сначала обратимся к ситуации с песней “Ќайда?”, которую лично я слышал на разных языках. Тут с самого начала было непонятно - есть ли вообще в природе договор между исполнительницей Ерке Есмахан и автором этого произведения. По закону, если кто-то обвиняет автора в том, что его произведение ворованное, то он должен подать в суд. Или наоборот - певица, которая подписала договор с автором и таким образом стала правообладателем произведения, при возникновении проблемы должна подать в суд, чтобы доказать, что она ничего не украла. И Ерке сначала угрожает судом, а потом молча глотает обиду.

Значит, она и ее продюсеры просто подумали: любой скандал - это пиар, который подогревает интерес. На этом все его участники и остановились, - объясняет Тулегенов.

- История с Угаем такая: он подписал договор с анонимным автором треков, и в этом договоре не было заложено гарантии того, что в случае претензий этот автор обязан решить их за свой счет. В случае с Нуртасом Адамбаем могу предположить, что когда он решил использовать в качестве саундтрека к фильму произведение молодых ребят, вообще не подписал с ними договор. А именно в нем должна быть заложена гарантия, что они являются право­обладателями на этот трек. Это бы стало условием: если появляются претензии со стороны настоящих правообладателей, то эти молодые ребята ответили бы по полной программе за все убытки, которые они нанесли Адамбаю. И если бы я был юристом Нуртаса, то ободрал бы этих пацанов как липку. Я бы на его месте был просто беспощаден!

- А что могло грозить Артуру и Раимбеку?

- На них влегкую можно было возбудить уголовное дело! Раньше за нарушение авторских прав была административная статья и абсолютно детский штраф, а с 2015 года действует закон, согласно которому это уголовно наказуемое преступление. Но эта статья в законе практически не работает, потому что у нас нет таких претензий.

- И претензии нашим плагиатчикам не предъявляют даже зарубежные музыканты?

- Да, истинные правообладатели, узнав, что у них своровали трек, тоже, видимо, решили до конца не идти. Их устроило то, что о них узнали и их музыку теперь будут слушать у нас. Поэтому пацанам повезло не только с Адамбаем - они вышли сухими из воды в двух случаях и еще получили такую сумасшедшую популярность… Ко мне часто обращаются иностранцы с вопросом: “Можем ли мы что-то предъявить?”, но дальше этого не идут. Ведь сопредельным индустриям на руку, когда мы сидим на их шоу-продукции, потому что именно так происходит культурная экспансия, а собственная культура при этом не развивается - пиратство убивает собственное производство!

- Значит, это правда, что некоторые артисты открыто используют популярные зарубежные мелодии?

- К сожалению, наш шоу-бизнес - сплошной той, а наш той - это сплошной плагиат. Сам был в шоке, когда услышал однажды, как на суперпопулярную минусовку Boney M наложили казахский текст и выступают с этим номером! И там, конечно, тоже никто не подписывал соответствующий договор на использование произведения. Вообще у всех артистов такой несерьезный подход: они боятся налоги платить, боятся гонорары безналом получать, но в то же время хотят красиво жить. И получается, что наш шоу-бизнес - это по сути еще и теневая экономика, от которой бюджет не получает никаких дивидендов.

Автор: Оксана Василенко

Фото с сайтов stan.kz, starpri.ru, cateh.today.kz и obk.kz

Сегодня в ТОПе

Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript